Россиянки становятся жертвами врачей-самозванцев. Почему они идут к медикам без образования и как это приводит к трагедиям?
Фото: Gerain0812 / Shutterstock / Fotodom
В Москве оглашены приговоры по двум резонансным делам, связанным с оказанием медицинской помощи популярным блогершам. Юлия Бурцева и Аиша Чигги, за которыми в соцсетях следили сотни тысяч подписчиков, по воле случая обратились за медицинской помощью к женщинам, не имевшим никакого медицинского образования, но выдававшими себя за опытных врачей. Бурцева хотела провести косметологическую процедуру, а Чигги — родить у себя дома. Врачи-самозванцы уверяли их, что все пройдет хорошо, но оба случая закончились летальным исходом. Подробности громких уголовных дел и причины, по которым россиянки доверяют свои жизни и здоровье людям, не имеющим отношения к медицине, выяснял корреспондент «Ленты.ру» Игорь Надеждин.
В сентябре 2019 года разведенная жительница Самары Юлия Бурцева с двухлетней дочерью и подругой Яной поехала отдохнуть в итальянский город Римини. Бурцева вела блоги в соцсетях более чем с 70 тысячами подписчиков. В последний день отпуска, на прощание, туристки решили зайти в небольшой бар.
В баре было много народу и только два крошечных свободных столика на улице. Мы сели за один, через минуту столик рядом заняли два парня. Один был очень красивый, на мой взгляд, второй сразу показался мне неприятным. Это был мой будущий муж — Джузеппе Норичино
По словам Бурцевой, у нее с молодыми людьми завязался разговор о политике и о том, почему русские такие неулыбчивые. «Меня возмутили суждения человека, который никогда не был в России (как я думала)», — рассказывала она позже. Утром Юлия вместе с подругой и дочерью улетела на родину, а с Джузеппе они начали переписываться.
В январе 2020 года они встретились вновь — уже в Москве. Закрутился роман. Однако еще через три месяца грянула пандемия COVID-19 — и тогда Джузеппе, который уже не представлял себе жизни без Юлии, предложил ей вместе с двухлетней дочерью переехать в Италию. В ноябре 2020 года, как только обстановка немного наладилась, Юлия улетела в Римини, а в апреле 2021 года вышла за Норичино замуж и оформила вид на жительство в Италии.
На улицах Римини (Италия)
Фото: Nick_Nick / Shutterstock / Fotodom
В своем блоге Юлия часто сравнивала цены в Италии и в России — оказалось, что здравоохранение в РФ значительно дешевле, а образование — значительно дороже. Поэтому всю медицинскую помощь Юлия старалась получать на родине, во время поездок к родным, которые, несмотря на все финансовые сложности, были регулярными.
В августе 2025 года Бурцева стала интересоваться процедурой увеличения ягодиц. Варианты она в первую очередь искала в соцсетях, ориентируясь в том числе на цену. В какой-то момент она наткнулась на блог работающей в Москве Шаиры Назуллоевой, которая позиционировала себя как молодого перспективного косметолога.
Выяснив все детали, в том числе стоимость и сроки выполнения операции, Юлия взяла паузу, «чтобы подумать», на самом деле сравнивая разные предложения в Москве и родной Самаре
Пауза длилась несколько месяцев, а в декабре 2025 года Бурцева решила, что процедуру будет делать именно у Шаиры — в первую очередь потому, что та обещала сразу же после процедуры отпустить пациентку домой, в Самару. Кроме того, косметолог утверждала, что следы от операции полностью заживут за две недели — еще до возвращения Юлии в Италию.
Косметолог со школьным дипломом
Шаира Назуллоева родилась 3 февраля 1999 года в селе Рошан Горно-Бадахшанской автономной области Таджикистана, но уже в 2002 году переехала с родителями, братьями и сестрами в Россию, поселившись в Подмосковье. Здесь же она получила российский паспорт сначала в 14, а потом в 20 лет, здесь же пошла в школу, которую окончила в 2017 году.
Как говорит в беседе с «Лентой.ру» официальный представитель прокуратуры Москвы Людмила Нефедова, на первых допросах Назуллоева заявила, что после окончания московской школы она поступила в медицинское училище и окончила его, получив специальность «хирургическая медсестра», а позже там же прошла повышение квалификации, необходимое для работы.
Такие показания Назуллоева давала несколько раз. Но когда следствие запросило данные в училище и получило ответ, что подобной студентки у них никогда не было, она поменяла показания
Шаира Назуллоева в суде
Назуллоева сообщила, что после школы поступила в колледж при Московской финансово-юридической академии, но на третьем курсе перестала посещать занятия. В конце концов было доказано, что никакого образования, кроме среднего, у нее нет.
Я, конечно, понимаю, что никакого медицинского образования у меня нет, но ощущаю, что мое эстетическое чувство позволяет мне делать эстетические процедуры значительно лучше, чем специалистам с образованием
Сразу после школы Шаира стала жить в гражданском браке с молодым человеком: по словам Назуллоевой, избранник ее полностью обеспечивал — поэтому она собиралась, нигде не работая, быть домохозяйкой и матерью многих детей.
При этом Шаира с ранних лет очень интересовалась косметологией, изучила множество медицинской литературы, регулярно смотрела в сети и по телевизору учебные программы для студентов-медиков. Поэтому она категорически не согласна с формулировкой обвинения «Не обладает специальными познаниями для проведения хирургического вмешательства».
У меня достаточно знаний для проведения данной косметологической процедуры. К тому же увеличение ягодиц путем введения [инъекций] не является хирургической операцией
Как рассказывала сама Назуллоева, она с девятого класса «за небольшое вознаграждение» регулярно колола гиалурон своим знакомым — и никто не жаловался.
Под маской специалиста
В ходе следствия были осмотрены мобильный телефон обвиняемой Назуллоевой и ее страницы в соцсетях, где были обнаружены многочисленные видеозаписи проведения ею косметологических процедур — причем снятые ею за несколько лет до трагедии. Во всех случаях записи делались в медицинских учреждениях.
Собственно, именно эти видеоролики в соцсетях и привлекли внимание Юлии Бурцевой. Как отмечает криминолог Игорь Трифонов, изучавший материалы уголовного дела, из них видно, что обвиняемая специально арендовала кабинеты рядом или непосредственно в медицинских организациях, имеющих и лицензии, и квалифицированный персонал.
В результате у посетителей складывалось впечатление, что они приходили в клинику — и это их успокаивало. На самом же деле это была лишь видимость
В частности, по словам Игоря Трифонова, Elmas Clinic, работающая с 2023 года в бизнес-центре в Токмаковом переулке и имеющая все необходимые разрешения, сдала один из кабинетов в субаренду Назуллоевой — поэтому у посетителей складывалось впечатление, что они приходят именно в лицензированную клинику.
Тонкость в том, что, начиная с 2023 года, Elmas Clinic арендовала три кабинета — и именно на них получила лицензию. А в декабре 2025 года они взяли в аренду якобы для хозяйственных нужд освободившийся кабинет № 4 и сразу же сдали его в субаренду женщине-косметологу.
Кабинет Шаиры Назуллоевой
Фото: Прокуратура Москвы
При этом стоимость субаренды была значительно выше, чем стоимость аренды — то есть попросту невыгодной, если не учитывать соседство с официально зарегистрированной клиникой, лицензии которой вывешены на самом видном месте. К тому же по странному совпадению субарендаторы и управляющая клиникой были земляками, точнее — землячками.
А еще, как выяснилось в ходе следствия, для увеличения ягодиц Назуллоева использовала препарат Sedy Fill, который не имеет регистрационного удостоверения в РФ и, следовательно, запрещен к применению.
Этот препарат я купила в одном из мессенджеров осенью 2025 года
И хотя, по словам Шаиры Назуллоевой, переписки в телефоне она никогда не удаляла, следов закупки Sedy Fill в ее телефоне следствие не обнаружило.
Роковой укол
Юлия Бурцева прилетела в Россию 2 января 2026 года. Утром 4 января она перекусила в легендарном кафе «Пушкин» на Тверском бульваре, выложила запись в сеть и поехала в Токмаков переулок.
В 13:20 она вошла в кабинет, который только накануне взяла в субаренду на полгода Назуллоева. Та уложила ее на кушетку, оголила ягодицы, разметила зоны увеличения, после чего ввела сначала «Артикаин Инибса» (анальгетик, использующийся в стоматологии), а затем быстро, в течение 30 секунд — 20 миллилитров филлера Sedy Fill.
Филлер Sedy Fill, изъятый у Шаиры Назуллоевой
Фото: «Лента.ру»
Сразу после введения филлера пациентка сказала, что ее трясет. Затем лицо потерпевшей посинело, начались судороги — и женщина потеряла сознание.
Назуллоева попыталась дать пациентке конфету и сладкий чай, так как решила, что у той из-за страха упал уровень глюкозы в крови, но та не реагировала. Затем Назуллоева ввела ей в бедро дексаметазон и супрастин, расценив произошедшее как аллергическую реакцию.
Следом Шаира вызвала скорую помощь, после чего, как умела, стала делать непрямой массаж сердца
Вызов на скорую помощь поступил в 13:46, приехавшие врачи сразу же констатировали клиническую смерть 38-летней Юлии Бурцевой. Ее попытались спасти и немедленно повезли в больницу, куда доставили в 14:46. Однако сердце женщины не билось, и после получаса попыток реанимации была констатирована биологическая смерть.
Судмедэксперты установят, что причиной смерти Юлии Бурцевой стала эмболия (закупорка магистральных сосудов) гиалуроновой кислотой (входящей в состав филлера Sedy Fill), вызвавшая немедленную ишемию и некроз тканей сердца.
Блогер Юлия Бурцева
Фото: @burtseva_italia
Интересно, что на допросах Назуллоева не только с первых минут врала про медицинское образование, но и тщательно скрывала любые финансовые вопросы — не говорила, сколько денег получала с пациентов, занижала размеры субаренды и пыталась скрыть стоимость лекарств. Она просто не осознавала, что убила человека, и пыталась уйти от ответственности за неуплату налогов, считая это более тяжелым нарушением.
Уголовное дело сразу же возбудили по статье 109 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности») — с Назуллоевой взяли подписку о невыезде. Но через неделю в отношении нее возбудили второе уголовное дело по статье 235 УК РФ («Незаконное осуществление медицинской деятельности») и отправили под домашний арест. На суде обвиняемая полностью признала вину, плакала и просила прощения.
При этом обвиняемая считала, что отсутствие формального медицинского образования и большой опыт проведения косметологических операций частично ее оправдывают, так как от подобных трагедий не застрахован даже самый опытный врач. Суд согласился с доводами гособвинения и с учетом раскаяния приговорил ее к трем годам колонии-поселения
Строго говоря, санкции статей, по котором обвиняли Назуллоеву, предусматривают максимальный срок в размере пяти лет лишения свободы — но для впервые осужденной и к тому же раскаявшейся обвиняемой полученный срок на практике следует считать максимальным.
Он, конечно, не удовлетворил родных погибшей Юлии — смерть молодой любящей и любимой жены и матери в самом расцвете жизненных сил простить невозможно, а в данном случае невозможно и понять. Они считают приговор неоправданно мягким и намерены его опротестовывать — об этом сразу после оглашения заявил Джузеппе Норичино, cпециально прилетевший в Россию. Но российское законодательство в данном случае гуманно.
Самозваная акушерка
Наталия Котлар значительно старше Шаиры Назуллоевой и буквально годится ей в бабушки. Она родилась 19 февраля 1965 года в городе Ровно Украинской ССР и, окончив музыкальное училище, стала работать концертмейстером. Когда в 1992 году она создала центр родительской культуры «Наш Аист», то сразу же указала себя как «педагога, психолога и акушера».
При этом Котлар вскользь упоминала, что акушерство у нее — не медицинское, а духовное
Кроме того, она позиционировала себя как доктора психологических наук, маму пятерых детей, четверых из которых родила дома, и создателя центра «Наш Аист», где предоставляются услуги по подготовке беременных к родам.
Среди этих услуг — фитнес и аэробика для беременных, а также психологическая подготовка к родам. При этом на первом же допросе Котлар честно призналась, что центр никакой юридической формы не имеет, а все расчеты проводились исключительно наличными или переводом с карты на карту.
Наталия Котлар (справа)
Фото: страница Наталии Котлар во «ВКонтакте»
Своих пятерых детей Котлар родила от Алексея Саргунаса, при этом лишь первый родился в медицинском учреждении, а остальные — дома (как она показала на следствии) или в водах Индийского океана (как она рассказывала на курсах). При этом философ Саргунас был женат на другой женщине, с ней создал центр родов в воду, и она до сих пор называет себя его вдовой (он скончался в 2007 году).
Личность Саргунаса достаточно неоднозначна — ряд пропагандируемых им методик, в том числе и те самые роды в воду, признаны ненаучными и опасными (в том числе американской Академией педиатрии и обществами акушеров Великобритании), требующими особого контроля и противопоказаны женщинам с любыми осложнениями. Формального запрета на них нет, хотя и разрешения тоже никто не давал.
В РФ официально считают роды в воду критически опасными и с ними стараются бороться
Сейчас сайт центра «Наш Аист» сильно отредактирован, а сам центр прекратил работу вскоре после трагедии, о которой речь пойдет ниже. Однако анализ доступной информации показывает: Наталия Котлар больше четверти века выдавала себя за акушерку и получала за это деньги, причем немалые: процедура домашних родов стоила 2000 евро, а во время подготовки будущие родители платили ей по 7-15 тысяч в неделю.
Тень «Аиста»
Была ли трагедия, о которой пойдет речь, в истории Котлар первой? Нет. Она и раньше неоднократно попадала в переплеты, которые заканчивались неприятностями, несколько десятков женщин после этого много лет лечились сами и лечили родившихся дома детей, но раньше доказать причастность Котлар к грубейшим нарушениям не удавалось.
Наталия Котлар ускользала от ответственности, поскольку пострадавшие женщины выбирали ее сами
Плюс психология: после осложнений матери долго винили только себя. К тому же (как доказано на суде) каждый раз роженицам объясняли: не надо говорить, что Наталия Котлар посторонняя — для всех она сестра (тетя, бабушка), которая лишь приехала поддержать.
Автору этого текста известны по меньшей мере три трагедии, при расследовании которых всплывал центр «Наш Аист». О нем хорошо знал ныне покойный профессор Юрий Миронович Блошанский, много лет занимавший должность главного акушера-гинеколога Москвы — каждый раз при упоминании этого центра он мрачнел и начинал ругаться.
Главная страница центра родительской культуры «Наш Аист»
Скриншот: центр родительской культуры «Наш Аист»
Мало кому известно, сколько усилий врачей было потрачено на спасение жизни и здоровья матерей и детей, посещавших это заведение. Но формально для государства и города организации «Наш Аист» никогда не существовало, а потому она оставалась невидимой. Да, несколько десятков матерей в центре разрешились от бремени удачно.
Однако, по мнению многих врачей, это просто случай вкупе с усилиями неонатологов и инфекционистов, неизвестными широкой публике
Название «Наш Аист» много раз всплывало в санитарных расследованиях Депздрава, его хорошо знают и в федеральных центрах акушерства и гинекологии — но привлечь к ответственности Котлар и ее сына не удавалось. Формально в их действиях отсутствовал состав преступления.
Все изменила история блогерши Аиши Беловой (сейчас у нее другая фамилия — по мужу), также известной как Аиша Чигги или «лысая девочка из TikTok». Белова, родившаяся в июле 1998 года в Москве, — балетмейстер-постановщик, хореограф, танцовщица и блогер почти с 1,5 миллиона подписчиков.
Блогер Аиша Чигги
Фото: @aishachigga
Эксцентричная и дерзкая, в 2024 году она встретила свою любовь и в марте 2025 года поняла, что будет матерью. Она сразу встала на учет в солидном медицинском центре, заплатив по договору крупную сумму, и всю беременность наблюдалась в нем, а затем еще в одной клинике.
Беременность протекала нормально, никаких патологий выявлено не было
Хотя врачи и высказывали некоторые опасения из-за «не очень хороших анализов», да и пациенткой Аиша вместе с ее мужем были беспокойными: могли пропустить дату очередного обследования. Собственно, смена центра и была обусловлена тем, что лечащий по договору врач часто беспокоил беременную «всякими глупостями» и тревожил звонками.
В связи с этим в сентябре 2025 года Аиша и ее супруг решили рожать дома и по рекомендации обратились в центр «Наш Аист».
«По совету знакомых мы обратились к акушерке Наталии Котлар. Познакомились с ней примерно в октябре 2025 года, а именно по совету общих знакомых ей написала моя супруга, в ходе переписки Котлар подтвердила, что готова принять роды на дому. Первая встреча у нас была в кафе, потом мы встречались с ней на курсах под названием «Наш Аист» на Новочеремушкинской улице, куда ходили с супругой каждую субботу.
По воскресеньям мы посещали спорткомплекс «Битца», где плавали в бассейне. Курсы вели сама Наталия и ее сын Александр. При знакомстве с Наталией мы заполнили анкеты, договор никакой не заключали. За каждое занятие платили ей 3000 рублей за гимнастику и по 1,5 за бассейн, оплата осуществлялась путем банковских переводов.
За сами роды оплата планировалась уже после родов, стоимость составляла 2000 евро. Наталия медицинскую документацию при встрече никакую не спрашивала, анамнез не собирала. Согласно договоренности, Наталия должна была приехать к нам домой, когда у супруги начнутся роды»
«Кто не заполнит анкету — родить не может»
В процессе подготовки к домашним родам в бассейне Наталия Котлар велела будущим родителям купить то, что она назвала «аптечкой»: бассейн, шланг, морскую соль, различные травы (крапиву и тысячелистник), перекись водорода, стерильные марлевые салфетки, одноразовые впитывающие пеленки, шоколад, мед и сухофрукты.
«На курсах Наталия открыто пропагандировала преимущества домашних родов перед родами в медицинских учреждениях, говорила, что роды в медицинских учреждениях могут негативно сказаться на матери и на ребенке. Говорила, что роды — это естественный процесс и должны протекать так, как того желает женщина, чтобы ей было комфортно.
Также от Наталии звучали слова о том, что многие медицинские манипуляции при родах — это плохо, и говорила, например, что не нужно позволять акушерам в роддоме касаться себя, говорила, что не нужно позволять себя трогать. Говорила, что тужиться не надо, что ребенок должен родиться сам. Также она пропагандировала идею о том, что дети, рожденные в воде, особенные, и даже раздавала всем литературу на эту тему»
По расчетам врачей, Аиша должна была родить сына в самом конце ноября — первых числах декабря. Но родовая деятельность никак не начиналась, поэтому 12 декабря 2025 года Аиша спросила Котлар, нормально ли, что она «перехаживает беременность». На что получила ответ: «Ребенок ждет своей звезды».
13 декабря Аиша возвращалась из поликлиники домой, на улицу Полины Осипенко — и у нее начались схватки, причем сразу частые. Как ей рекомендовала Котлар, она дома села в ванну и по таймеру стала отсчитывать интервалы. Поняв, что схватки «не тренировочные», женщина велела мужу звонить Наталии.
Та должна была приехать домой и принять роды — об этом была договоренность
Котлар приехала около 23:00, и, войдя в квартиру, сразу ушла в большую комнату, не подойдя к роженице и не поинтересовавшись ее состоянием. Аиша, безуспешно прождав акушерку, сама вышла в комнату к гостье.
Наталия Котлар велела мне заполнить анкету и произнесла фразу, которая удивила нас: надо заполнить анкету, кто не заполнит анкету — тот у меня родить не может
При этом схватки учащались, но Котлар сочла их не настоящими — и, как это ни покажется странным, легла спать на диване, велев роженице идти в спальню.
Котлар не предпринимала никаких действий, чтобы хоть как-то облегчить боль, и не интересовалась моим состоянием и тем, что схватки уже частые, а воды так и не отошли. Только один раз Наталия послушала сердцебиение ребенка, приложив к животу какой-то деревянный предмет, а также щупала живот, чтобы понять, как ребенок лежит
Так продолжалось всю ночь. Когда в девять утра Аиша пошла на кухню попить воды, ей стало очень больно и она громко закричала, разбудив спавшую Котлар. Тогда Наталия завела роженицу в ванну и засунула ей в родовые пути два пальца, после чего заявила, что раскрытие еще не полное и рожать еще рано.
Котлар сказала идти рисовать мандалу (в санскрите — круглый симметричный узор, символ гармонии), и это якобы поможет полному раскрытию родовых путей.
Примерно час Аиша рисовала, а когда закончила, Наталия Котлар заявила, что мандала вышла хорошо, а это значит, что пришла пора рожать.
Страшное молчание
Около 10:00 Котлар набрала в ванну теплую воду, насыпала соль, усадила Аишу в воду и велела тужиться.
Меня это очень сильно удивило, поскольку на курсах «Наш Аист» сама Котлар говорила, что тужиться ни в коем случае нельзя — но я очень плохо себя чувствовала и не могла ни задавать вопросы, ни удивляться
При этом Котлар заставляла Аишу погружаться головой в воду и выдыхать в воде, аргументируя это тем, что она таким образом помогает ребенку появиться на свет. Купание в ванной продолжалось около двух часов: за это время Котлар четыре раза засовывала в роженицу руку, проверяя сначала раскрытие родовых путей, а потом — опустился ли ребенок.
Около полудня Аиша, во-первых, уже устала, а во-вторых, сильно испугалась, что Котлар, в очередной раз засунув в нее руку, проткнет околоплодный пузырь, и потребовала выпустить ее из воды. Они вместе перешли в бассейн, при этом Котлар заявила, что воды уже отошли, но сама Аиша этого не чувствовала и не видела. Хотя не заметить это невозможно.
Фото: Ink Drop / Shutterstock / Fotodom
В бассейне Аиша немного расслабилась и обратила внимание, что Котлар начала снимать происходящее на свой мобильный телефон, хотя ее об этом никто не просил. Но Аише было очень больно — она не нашла сил возмущаться и протестовать. А через некоторое время появилась головка ребенка.
Котлар потрогала своей рукой головку ребенка и предложила сделать так же Аише и ее супругу. В это время голова ребенка находилась под водой — роженице было страшно.
Со следующей потугой она родила ребенка и сразу же вытащила его из воды, поднесла к груди
При этом ребенок не кричал — он немного кряхтел, был синюшного цвета, из носа и рта у него текла жидкость. Аиша испугалась, что ребенок нахлебался воды, но Котлар ее заверила, что все нормально. Позже, изучив запись телефона Наталии Котлар, следствие точно установит — мальчик родился в 12:51.
Однако через несколько минут Котлар, ничего не сказав, забрала ребенка. Аиша с супругом спросили у нее, что с ребенком, потому что стали понимать, что он практически без сознания.
На что Котлар сказала, что это нормально, но в то же время стала растирать ему ноги и руки, сгибать и разгибать их
Кроме того, Наталия стала делать ребенку искусственное дыхание «изо рта в рот». Ее манипуляции с ним продолжались около часа. Все это время Аиша с супругом спрашивали, что происходит, но Котлар молчала и ничего не отвечала.
Темные воды
Самой Аише в это время стало плохо, у нее начался озноб, ее трясло, и она на грани сознания понимала: пуповина до сих пор не перерезана и торчит из нее. Так как Котлар держала мальчонку на руках и постоянно теребила, то пуповина дергалась, что причиняло матери сильную боль.
Затем Котлар велела мужу принести ледяную воду и стала поливать ей новорожденного. А потом велела называть мальчика другим именем, не тем, которое придумали, — мол, ребенку это имя не нравится и он не хочет на него откликаться.
Молодые родители все еще не понимали, что происходит, и беспрекословно выполняли приказы Котлар.
Наталия Котлар в зале суда
Фото: Ведяшкин Сергей / АГН «Москва»
Только в 13:40 супруг, видя состояние жены и ребенка, решил вызвать скорую помощь, для чего ушел в соседнюю комнату. В этот момент Котлар рывком вырвала плаценту из Аиши, что вызвало обильное кровотечение.
Вызов на скорую поступил в 13:55 — первая бригада приехала через десять минут и занялась спасением новорожденного. Потом приехали еще три бригады — боролись за жизнь матери и ребенка. Но все зря: позже эксперты установят, что еще в родах мальчик захлебнулся околоплодными водами, и спасти его после появления на свет можно было лишь в первые минуты. Смерть констатировали в 15:09. Пуповина к этому моменту так и не была перерезана и вместе с плацентой лежала на столе.
А бассейн был полон крови.
«Причиной смерти новорожденного явилась асфиксия в результате аспирации околоплодных вод, что подтверждает слизистое содержимое в просвете трахеи и бронхов, лануго и плоские клетки в просветах бронхов и альвеол, водянистое содержимое в желудке, тощей кишке, общеасфиктическими признаками — очаги острой эмфиземы легких с участками дистелектаза; общее полнокровие внутренних органов, кровоизлияния под аневроз кожно-мышечного лоскута головы, легочную плевру, эпикард, единичные кровоизлияния в конъюнктивы обоих глаз, внутрикожные кровоизлияния в кожу лица, интерстициальные и интраальвеолярные кровоизлияния, отеком головного мозга и спинного мозга, жидкой кровью в камерах сердца и крупных сосудах. Отсутствие пороков развития свидетельствует о доношенности, жизнеспособности и в совокупности со степенью развитости внутренних органов указывает на зрелость»
Врачам скорой помощи Котлар представилась двоюродной бабушкой — и ушла в соседнюю комнату. Когда Аишу увезли в реанимацию, она осталась в квартире одна, а потом забрала папку со всеми документами и прейскурантом. Там была указана стоимость услуг — две тысячи евро — и данные Котлар. На следующий день ее сын отправил сообщение отцу ребенка.
«Ян, приветствую Вас, еще раз примите мои соболезнования, я пишу Вам по такому делу. Мама сейчас в полиции, не знаю, как дальше будет разворачиваться дело, но я должен был сказать, конечно, это и раньше на группе, но говорю сейчас уже с опозданием, то, что домашние роды — это ответственность родителей, которые принимают такое решение и очень не хочется, чтобы сейчас ответственность за смерть ребенка была на моей маме. Если Вы солидарны с тем, что ответственность рожать дома — это ответственность родителей, то я прошу Вас, пожалуйста, напишите такую бумагу от 14 числа воскресения, то, что ответственность за решение рожать дома, за жизнь и здоровье своей жены и ребенка Вы берете на себя. Спасибо!»
Аиша и Ян этого делать не стали. 18 декабря 2025 года решением суда Наталия Котлар была отправлена в СИЗО.
На следствии и суде Наталия Котлар свою вину не признавала. Вопреки очевидным фактам она утверждала, что оказывала только психологическую помощь, что роды не принимала и принимать не собиралась, что много раз требовала вызвать скорую, но родители это делать отказывались.
На очных ставках она не давала показания, утверждая, что ее оговаривают. А еще Котлар говорила, что никогда не называла себя акушеркой — это было особенно глупо, так как следствие располагало скриншотами сайта, где было написано обратное.
Страница Наталии Котлар на сайте центра родительской культуры «Наш Аист»
Скриншот: центр родительской культуры «Наш Аист»
Ее обвинили по двум статьям — 235 («Незаконное осуществление медицинской деятельности, повлекшее по неосторожности смерть человека») и 238 («Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности и повлекшее смерть человека») УК РФ. Санкции статей предусматривают до шести лет лишения свободы и штраф до полумиллиона рублей.
Суд приговорил Наталию Котлар к 3,5 года колонии общего режима и штрафу в размере 300 тысяч рублей. Также был удовлетворен гражданский иск Аиши и Яна на три миллиона рублей компенсации морального вреда.
При оглашении приговора в зале стояла тишина — расплакалась лишь младшая дочь Котлар.
«От неблагоприятного исхода не застрахован никто»
Вопреки опубликованным в сети сведениям, блогерши Юлия Бурцева и Аиша Чигги обратились к Шаире Назуллоевой и Наталии Котлар не для того, чтобы затем рассказать о полученной помощи в соцсетях и поднять трафик — оба обращения для них были интимными и афишировать их они не планировали.
Однако их истории объединяет то, что они пошли за квалифицированной помощью к тем, кто не имеет никакого медицинского образования, зато активно саморекламируется в соцсетях. Глупо говорить о том, что прежде чем идти за медицинской помощью, следует лично и внимательно ознакомиться с документами — это прописная истина, о которой, к сожалению, постоянно забывают.
Фото: Наталья Селиверстова / РИА Новости
Надежда только на одно: печальные истории блогеров (которые ни они, ни их родные все-таки скрывать не стали) заставят задуматься других. Специалисты и без того знают, что даже в самых, казалось бы, распространенных операциях требуется умение быстро распознать опасность и оперативно на нее отреагировать.
В судебно-медицинской практике мы хорошо знакомы с неблагоприятными исходами казалось бы рутинных медицинских манипуляций, таких как уколы или введение веществ для выполнения блокады или для косметологических целей. Повторяемость и большая частота подобных медицинских манипуляций, к сожалению для пациентов, вводят в заблуждение и искушение как самих медицинских работников, так и пациентов
По словам Олеси Веселкиной, часто медсестре, которая присутствует при проведении процедуры врачом или даже самостоятельно выполняющей манипуляции по назначению врача и под его контролем, может казаться, что она сама все знает и все может выполнять. К сожалению, опыт показывает, что это не так.
От неблагоприятного исхода в медицине не застрахован никто — даже самый осторожный и грамотный врач. Анализ действий почти всегда показывает запоздалую диагностику ухудшения состояния пациента, запоздалую, неполную, а нередко — неверную медицинскую помощь. Тем более в тех случаях, когда ее оказывает лицо, не обладающее достаточным объемом медицинских знаний
Искушение стоимостью и простотой манипуляций, подпитываемое «сарафанным радио» подруг и постами в соцсетях о том, как это просто и какие замечательные результаты достигаются, также есть и со стороны пациентов, которые для манипуляций делают свой выбор по критерию цены и не проверяют надежность специалиста и клиники. Причем это даже не всегда клиника — уже достаточно случаев оказания медицинских манипуляций вне медицинских организаций.
Все-таки стоит напомнить пациентам о том, что не зря любые инъекции отнесены к категории медицинских вмешательств
Фото: Александр Коряков / Коммерсантъ
Такие вмешательства должны выполняться только медицинскими работниками, только по назначению врачей и только в медицинских организациях, за исключением случаев оказания скорой и неотложной медицинской помощи на дому.
По мнению специалистов, особенно важно помнить это в случае с домашними родами. Мода на них особенно велика в столицах: в Москве и Санкт-Петербурге каждый сотый ребенок по желанию родителей появляется на свет дома, в провинции — только один из полутора тысяч.
Однако в научной литературе указано, что риск осложнений при родах вне медицинских учреждений выше в три раза, а угроза жизни и матери, и новорожденного — в два раза. Печальный практический опыт говорит нам, что эти цифры, скорее, занижены